Перед поездкой
Филиппыч и голландцы.
Про русскую загадочную душу и языковые барьеры.
Случалось читать о разных национальных приколах, наверное, всем. Обычно это выглядит так: американцы - жлобы, французы - тупые, шведы - тормоза и т.д. и т.п. Повторяться нет никакого желания. Здесь - рассказ об обратном.
1. Сентябрь 1998 года. Летели мы в гости к нашим голландским друзьям рейсом "Аэрофлота" Москва-Амстердам. Представляли мы из себя живописную троицу: двое молодых парней 22 и 28 лет, одетых по погоде и не особо ужасно по стилю, и мужик чуть старше 50, кредо в одежде которого, видимо, сводилось к принципу: "Зад прикрыт, да и ладно". Звали этого кадра, условно, Филиппыч. Так вот: Филиппыч был одет (а описание его облика существенно дополняет картину) в драповую кепочку "Адидас" (ни один работник этой уважаемой фирмы ни за что не признался бы в принадлежности этого изделия к этой марке), курточка сине-хрен поймет-какого цвета фасона "места пенсионера", треники с коленками, как водится, и кроссовки, сшитые нашими желтыми братьями явно с перепою.
Мест рядом не было, и я устроился позади Филиппыча, соседями которого стала солидная и пожилая голландская чета. Ну, полет шел нормально, голландцы через каких-то 0,5 часа поняли, что их сосед абсолютно ни в зуб ногой в иностранной лексике и потеряли к нему всякий интерес, хотя дама изредка и косилась на странного русского, своим загорелым лицом явно похожим (в ее понимании) на 100% drug-туриста. Милые стюардессы начали разносить ланч-паки.
После трапезы, когда содержимое пакетиков было успешно транспортировано в желудок и разнесли кофе, Филипыч обнаружил еще один маленький серебристый пакетик из фольги в форме сигареты. Справедливо рассудив, что все, что было принесено, должно быть съедено, Филиппыч почал его распечатывать. По неожиданно вытянувшимся лицам соседей, он стал понимать, что что-то происходит (то ли рога у него выросли за последние 26,5 секунд, то ли другая оказия). Решив не падать в грязь лицом перед буржуями (а человек он крепкой советской закалки), он, открыв пакетик, обнаружил там концентрированную бело-желтую жидкость. Поняв, наконец, что это сливки к кофе, он их туда и отправил. Лица голландцев являли собой сочетание тихого ужаса и явного непонимания.
Филиппыч, не умея их спросить, в чем дело, мужественно начал содержимое пакетика интенсивно размешивать. Пожилая чета тихо сползала в осадок, потому как то, что было высыпано Филиппычем в кофе, никак не желало размешаться и плавало на поверхности большими хлопьями. Решив, что "русские погибают, но не сдаются" и тихо матеря производителя "этих бодяжных сливок", Филиппыч все это дело выпивает. Голландцы в ауте.
Потому что НИКТО и НИКОГДА (я уверен) в их длинной цивилизованной жизни не хлебал кофе с МАЙОНЕЗОМ!
2. Маленькая история снова про Филиппыча.
Туристская баня (кто знает, тот поймет) на берегу реки в Прибайкалье. Отдыхая после парилки на берегу, вижу, как русская команда (а это совместные коммерческие путешествия с теми же голландцами), сотрясаясь от хохота медленно, на четвереньках выползает из бани. Следом, минут через 5 выходят голландцы и Филиппыч, явно демонстрируя непонимание причины столь дикого хохота. Отсмеявшись, они рассказали, как, пропарив (а парил он со знанием дела) очередного клиента, он сказал следующему: "Сидаун" (а языков не знал абсолютно). А затем, обдав веник кипятком, продолжил:
"Лежаун".
Ж8-))))) Вот и рассказывай после этого о пользе изучения иностранных языков.
Reader
